«Когда и как Россия ратифицировала Конвенцию ООН против коррупции? В этом вопросе Россия, скорее, в числе последних, чем первых. Основная болевая точка  - 20-я статья Конвенции (введение в кодекс и юридическую практику такого понятия как «незаконное обогащение») ратифицирована не была. Поскольку это било по самым интимным местам наших должностных лиц. Все, что у нас происходит в коррупции, никаким образом ни с Конвенцией, ни с Международным днем борьбы с коррупцией не корреспондируется: у советских людей собственная гордость. Конечно, есть вещи, которые меняются в позитивную сторону. Это динамика бытовой коррупции: по объему доходов должностных лиц  она составляет 1%. Это в 100 раз меньше, чем доходы от деловой коррупции. Здесь есть два важных обстоятельства. Первое, меняется массовое сознание граждан. Сегодня они менее охотно дают взятки, чем это было десять лет назад. Это связано со стихийным формированием антикоррупционной установки, антикоррупционных убеждений у людей. Второе, люди учатся решать проблемы без взяток. Например, когда в начале нулевых появилось мировое правосудие, это очень сильно ударило по доходам ГАИ (ГИБДД). Люди начали пользоваться мировым правосудием и оспаривать решения «гаишников» в судах. Если судья решал в пользу коррупционера – полицейского, гражданин просто шел и оплачивал штраф в соответствии с решением судьи, а не давал заранее взятку полицейскому. На тот период доходы ГИБДД сильно сократились. Должен признать, были и позитивные действия властей, которые приводили к снижению числа коррупционных ситуаций. К примеру, принцип одного окна, создание единых расчетных центров. Что касается деловой коррупции, то там ситуация абсолютно противоположная. Здесь коррупция росла стремительно и приобрела масштабы сопоставимые с российской экономикой. Для понимания, в 2005 году доходы от деловой коррупции были больше, чем доходы от торговли углеводородами. 
Если говорить о бытовой коррупции, то самая коррумпированная сфера – это образование и здравоохранение. В 2001 году было зафиксировано, что примерно десять миллионов наших граждан отказываются от услуг бесплатного здравоохранения: у них  не хватает денег на взятки. Поэтому коррупция в здравоохранении вносит свой вклад в снижение продолжительности жизни, сокращению числа людей, проживающих в России. Коррупция в образовании не менее тяжелая вещь, потому что здесь очень долгие негативные последствия. Мы получаем медиков, юристов, строителей, которые купили свой диплом. Как они будут лечить и строить – покажет время. 
Что будет, скажем, лет через 10, зависит от изменений в стране в целом. Необходимы  серьезные комплексные меры, начиная от функционирования политической, правовой системы, и заканчивая конкретными бюрократическими процедурами.  В чем я уверен наверняка – устранить коррупцию в условиях нынешнего  политического режима нереально».  
  
Председатель Национального антикоррупционного комитета, член КГИ Кирилл Кабанов:
Кирилл Кабанов
«После подписания конвенции ситуация в России ухудшилась, коррупция стала самым доходным бизнесом.   Не могу не заметить, за последние два года наметились позитивные шаги со стороны высшего руководства страны, так как  появилось  ощущение угрозы всем институтам, включая президентский. Из криминального явления коррупция переросла в угрозу национальной безопасности.  К сожалению, общество перестало верить в борьбу с коррупцией. Общество на сегодняшний момент не доверяет власти. У нас до сих пор не выработана идеология государственной службы. А когда мы говорим, что ратифицировали конвенцию, это не совсем правильно. Мы ратифицировали в основном декларативную часть. 20-я статья осталась нетронутой. Развитие коррупционного бизнеса в России показало, что Европа и Америка тоже многие вещи декларируют, но не реализуют. Фактически не было ни одного процесса за рубежом по факту отмывания денег. Хотя основные результаты коррупционного труда уводятся за рубеж: приобретается недвижимость, средства вкладываются в зарубежные финансовые системы. С одной стороны, улучшается экономика этих государств во время кризиса за счет поступления огромных дополнительных средств. С другой, решается политическая задача - ослабление России. На сегодняшнем примере с Украиной мы видим, что коррумпированная бюрократия - это фактически пятая колонна. Она, во-первых, является раздражителем негативных процессов в обществе. Во-вторых, потенциальным предателем.  Большинство исполнителей ориентировано на свою личную жизнь. Беженцы новой волны, так я называю бывших депутатов, мэров, замов губернаторов и их родственников, приезжают за границу, объявляют себя жертвами коррупции, чтобы сохранить свой статус, известность и вид на жительство. Это некая фронда. Поэтому сейчас необходимо пересматривать социальный договор и делать акцент на утверждение и построение правового государства в России. Нужны реальные правовые механизмы по выработке правовых моделей по возврату из-за рубежа выведенных средств. Выработка подобных документов и ужесточение реального наказания за коррупцию будет являться неким сигналом для общества и для высшего руководства страны. 
Сегодня у нас самые коррумпированные сферы – распределение бюджетных средств, управление различными фондами и формами государственного муниципального имущества, а также  распределение природных ресурсов.  
При той ситуации, которая существует сейчас, изменений не будет и через 10 лет. Сегодня мы живем в стране, где основной идеологией является личное обогащение, причем как в обществе, так и во власти.  Общее недоверие приведет к социальному взрыву, который может быть достаточно тяжелым. А коррумпированные правоохранительные системы не в силах будут удержать этот взрыв. На сегодняшний момент вопрос в первую очередь стоит к президенту. Поскольку президент является единственной реальной властью в России. Все претензии общества, независимо кто и как выполняет указания, идут к президенту. Погрязшую в своей наглости бюрократию общество ассоциирует с высшим руководством страны». 

" > Новости: Эксперты КГИ Георгий Сатаров и Кирилл Кабанов о коррупции в России
08.12.2013

9 декабря – Международный день борьбы с коррупцией. 10 лет назад Генеральной ассамблеей ООН был создан документ, обязывающий подписавшие его государства объявить уголовным преступлением взятки, хищение бюджетных средств и отмывание коррупционных доходов. Согласно одному из положений Конвенции, необходимо возвращать средства в ту страну, откуда они поступили в результате коррупции. Россия в числе первых стран подписала Конвенцию.

Президент Фонда прикладных политических исследований «ИНДЕМ», эксперт КГИ Георгий Сатаров:
Георгий Сатаров на Общероссийском гражданском форуме

«Когда и как Россия ратифицировала Конвенцию ООН против коррупции? В этом вопросе Россия, скорее, в числе последних, чем первых. Основная болевая точка  - 20-я статья Конвенции (введение в кодекс и юридическую практику такого понятия как «незаконное обогащение») ратифицирована не была. Поскольку это било по самым интимным местам наших должностных лиц. Все, что у нас происходит в коррупции, никаким образом ни с Конвенцией, ни с Международным днем борьбы с коррупцией не корреспондируется: у советских людей собственная гордость. Конечно, есть вещи, которые меняются в позитивную сторону. Это динамика бытовой коррупции: по объему доходов должностных лиц  она составляет 1%. Это в 100 раз меньше, чем доходы от деловой коррупции. Здесь есть два важных обстоятельства. Первое, меняется массовое сознание граждан. Сегодня они менее охотно дают взятки, чем это было десять лет назад. Это связано со стихийным формированием антикоррупционной установки, антикоррупционных убеждений у людей. Второе, люди учатся решать проблемы без взяток. Например, когда в начале нулевых появилось мировое правосудие, это очень сильно ударило по доходам ГАИ (ГИБДД). Люди начали пользоваться мировым правосудием и оспаривать решения «гаишников» в судах. Если судья решал в пользу коррупционера – полицейского, гражданин просто шел и оплачивал штраф в соответствии с решением судьи, а не давал заранее взятку полицейскому. На тот период доходы ГИБДД сильно сократились. Должен признать, были и позитивные действия властей, которые приводили к снижению числа коррупционных ситуаций. К примеру, принцип одного окна, создание единых расчетных центров. Что касается деловой коррупции, то там ситуация абсолютно противоположная. Здесь коррупция росла стремительно и приобрела масштабы сопоставимые с российской экономикой. Для понимания, в 2005 году доходы от деловой коррупции были больше, чем доходы от торговли углеводородами. 

Если говорить о бытовой коррупции, то самая коррумпированная сфера – это образование и здравоохранение. В 2001 году было зафиксировано, что примерно десять миллионов наших граждан отказываются от услуг бесплатного здравоохранения: у них  не хватает денег на взятки. Поэтому коррупция в здравоохранении вносит свой вклад в снижение продолжительности жизни, сокращению числа людей, проживающих в России. Коррупция в образовании не менее тяжелая вещь, потому что здесь очень долгие негативные последствия. Мы получаем медиков, юристов, строителей, которые купили свой диплом. Как они будут лечить и строить – покажет время. 

Что будет, скажем, лет через 10, зависит от изменений в стране в целом. Необходимы  серьезные комплексные меры, начиная от функционирования политической, правовой системы, и заканчивая конкретными бюрократическими процедурами.  В чем я уверен наверняка – устранить коррупцию в условиях нынешнего  политического режима нереально».  

Председатель Национального антикоррупционного комитета, член КГИ Кирилл Кабанов:
Кирилл Кабанов

«После подписания конвенции ситуация в России ухудшилась, коррупция стала самым доходным бизнесом.   Не могу не заметить, за последние два года наметились позитивные шаги со стороны высшего руководства страны, так как  появилось  ощущение угрозы всем институтам, включая президентский. Из криминального явления коррупция переросла в угрозу национальной безопасности.  К сожалению, общество перестало верить в борьбу с коррупцией. Общество на сегодняшний момент не доверяет власти. У нас до сих пор не выработана идеология государственной службы. А когда мы говорим, что ратифицировали конвенцию, это не совсем правильно. Мы ратифицировали в основном декларативную часть. 20-я статья осталась нетронутой. Развитие коррупционного бизнеса в России показало, что Европа и Америка тоже многие вещи декларируют, но не реализуют. Фактически не было ни одного процесса за рубежом по факту отмывания денег. Хотя основные результаты коррупционного труда уводятся за рубеж: приобретается недвижимость, средства вкладываются в зарубежные финансовые системы. С одной стороны, улучшается экономика этих государств во время кризиса за счет поступления огромных дополнительных средств. С другой, решается политическая задача - ослабление России. На сегодняшнем примере с Украиной мы видим, что коррумпированная бюрократия - это фактически пятая колонна. Она, во-первых, является раздражителем негативных процессов в обществе. Во-вторых, потенциальным предателем.  Большинство исполнителей ориентировано на свою личную жизнь. Беженцы новой волны, так я называю бывших депутатов, мэров, замов губернаторов и их родственников, приезжают за границу, объявляют себя жертвами коррупции, чтобы сохранить свой статус, известность и вид на жительство. Это некая фронда. Поэтому сейчас необходимо пересматривать социальный договор и делать акцент на утверждение и построение правового государства в России. Нужны реальные правовые механизмы по выработке правовых моделей по возврату из-за рубежа выведенных средств. Выработка подобных документов и ужесточение реального наказания за коррупцию будет являться неким сигналом для общества и для высшего руководства страны. 
Сегодня у нас самые коррумпированные сферы – распределение бюджетных средств, управление различными фондами и формами государственного муниципального имущества, а также  распределение природных ресурсов.  

При той ситуации, которая существует сейчас, изменений не будет и через 10 лет. Сегодня мы живем в стране, где основной идеологией является личное обогащение, причем как в обществе, так и во власти.  Общее недоверие приведет к социальному взрыву, который может быть достаточно тяжелым. А коррумпированные правоохранительные системы не в силах будут удержать этот взрыв. На сегодняшний момент вопрос в первую очередь стоит к президенту. Поскольку президент является единственной реальной властью в России. Все претензии общества, независимо кто и как выполняет указания, идут к президенту. Погрязшую в своей наглости бюрократию общество ассоциирует с высшим руководством страны». 

Использование материалов сайта разрешено только при наличии активной ссылки на источник.
Все права на картинки и тексты принадлежат их авторам.