В КГИ представили доклад «Северный Кавказ и современная модель демократического развития»

01.04.2016

1 апреля 2016 года в Комитете гражданских инициатив состоялась презентация экспертного доклада "Северный Кавказ и современная модель демократического развития". Авторы исследования - сотрудники Института экономической политики им. Гайдара Ирина Стародубровская и Константин Казенин.

Доклад рассматривает сегодняшнюю ситуацию на Северном Кавказе, чтобы ответить на вопрос о том, возможно ли развитие этой части России в сторону верховенства права, конкуренции в политике, прозрачных "правил игры" в экономике, ненасильственных путей разрешения конфликтов. Для Северного Кавказа этот вопрос столь же актуален и непрост, сколь и для страны в целом. Однако именно применительно к северокавказским республикам чаще всего звучат мнения о том, что это территории с особо архаичным укладом, предопределяющим их "отдельный путь" внутри России. Во многом такие представления влияют сегодня и государственную политику в отношении этой части России.

Авторы доклада стремятся дать ответы на ряд острых и актуальных для современного Северного Кавказа вопросов:

  • Можно ли однозначно считать исламский фундаментализм антимодернизационной, архаичной идеологией?

  • Что могут и что не могут изменить свободные выборы на Северном Кавказе?

  • Есть ли эффективные способы борьбы с клановостью и коррупцией в современных северокавказских элитах?

  • Как государственная политика может повлиять на этническое и религиозное насилие в регионе?

  • Как относиться к тому, что мусульмане часто обращаются для разрешения конфликтов не к российскому законодательству, а к шариату?

Доклад основан на полевых исследованиях, проведенных авторами в пяти республиках СКФО (Дагестане, Чечне, Ингушетии, Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии). Общий вывод доклада состоит в том, что, при всех существенных отличиях общественного устройства Северного Кавказа от других российских регионов, его ни в коем случае нельзя считать неким "заповедником" традиционализма. Во-первых, многие северокавказские республики в последние десятилетия прошли через очень драматичные социальные изменения, связанные с ломкой уклада сельской жизни, интенсивной урбанизацией. Именно эти изменения, после которых общество еще не вернулось в равновесие, являются одной из основных причин многочисленных конфликтов на Северном Кавказе. Во-вторых, наряду с такими известными "болезнями", как клановость, отсутствие "вертикальных лифтов", определяющая роль силового ресурса в экономической жизни, в северокавказском обществе имеется и очень значительный запрос на модернизацию общественных отношений. Не увидев этот запрос, не поняв, как использовать его для улучшения ситуации в регионе, невозможно построить адекватную государственную политику на Северном Кавказе.

Резюмируя результаты своих исследований, авторы предлагают рекомендации по изменению политики в регионах Северного Кавказа. Среди этих рекомендаций, в частности, следующие:

1. Необходимо создать предпосылки для реальной смены элит в регионе. Может создаться иллюзия, что этот процесс уже происходит – так, в Дагестане возбуждены уголовные дела против глав крупных кланов, их роль и влияние в республиканской политике во многом подорваны. Однако система власти не меняется перестановкой отдельных фигур. Идущие сейчас процессы – это скорее не разрушение клановой модели, а перераспределение силового ресурса в пользу тех кланов, которые оказались ближе к сегодняшней власти и больше в нее интегрированы. Для запуска реального процесса смены элит необходимо наличие в северокавказском социуме достаточно широкого слоя людей, являющихся носителями управленческих знаний и альтернативной по отношению к клановой системы ценностей. Государство может создать условия для формирования подобного слоя путем реализации образовательных программ (по типу кадрового резерва) для тех групп, которые могут стать движущими силы модернизации. Это группы, которые наиболее активно выдвигают сегодня требования социальных изменений на Северном Кавказе: представители мелкого и, в особенности, среднего бизнеса, не связанные с кланами; часть лидеров местного самоуправления, в основном поселенческого уровня; люди свободных профессий и другие слои городской интеллигенции.

2. Государство должно способствовать вытеснению антимодернизационных, радикальных, джихадистских разновидностей исламистской идеологии, опираясь при этом в том числе и на умеренные версии нетрадиционного ислама, пропагандирующие модернизационные ценности и предполагающие встраивание мусульман в современное общество. Для этого принципиально важно:

  • обеспечить безусловное выполнение закрепленных в Конституции РФ прав граждан на свободу слова и свободу вероисповедания, прекратить силовые действия в отношении не нарушающих российское законодательство мусульман и исламских сообществ, которые способствуют их радикализации и запуску спирали насилия;

  • не создавать препятствий для деятельности умеренных исламских проповедников, отрицающих насилие, проповедующих ценность знаний, участие в общественно-полезных делах, осуществление протестной активности мусульман исключительно в рамках конституционного поля Российской Федерации; активно включать мусульманские сообщества и их лидеров в различные направления общественной деятельности, гражданские инициативы, социальный активизм по тем направлениям, которые не противоречат позиционированию мусульман в современном обществе;

  • осуществлять жесткое преследование тех (и только тех), кто выходит за рамки конституционного поля и осуществляет вооруженную борьбу против Российского государства либо прямо призывает к подобной борьбе.

В целом предложенный в докладе подход к проблеме "нетрадиционного ислама" основан на полученных в ходе полевого исследования знаниях об очень значительном внутреннем разнообразии этого явления, делающем неэффиктивной любую государственную политику, рассматривающую его как единое целое.

3. Необходимо в большей мере перевести реально существующие в регионе конфликты в политическое поле, во взаимодействие различных политических сил, не препятствовать проведению свободных выборов на всех уровнях власти. На Северном Кавказе, безусловно, более высоки риски того, что развитие демократических процедур приведет к росту коррупции, насилия, а в каких-то ситуациях и усилит позиции разного рода радикалов. Однако важно учитывать, что коррупция и насилие активно сопровождают и нынешнюю, "подковерную" борьбу за власть в регионах и муниципалитетах Северного Кавказа. При этом политическая деятельность требует борьбы за максимальную поддержку населения, и во многих случаях это заставляет радикалов смягчать свои программы, переключаться с политических лозунгов на помощь людям в решении их повседневных проблем. Кроме того, уже сейчас очевидно, что, например, риски межэтнических обострений на выборах в СКФО становятся значительно ниже, чем были еще 10-15 лет назад: даже в таком этнически сложном регионе, как Дагестан, практически все попытки разыграть национальную "карту" в борьбе за власть в муниципальных образованиях в последние годы не имели успеха.

4. Важно усиливать регулирующую роль российского законодательства на Северном Кавказе, однако при этом необходимо принимать во внимание, что на сегодняшний день так называемые "альтернативные юрисдикции", прежде всего, исламское право, по сути, противостоят не российскому Закону, а тем неформальным практикам, которые поддерживает местная элита (речь идет преимущественно о Северо-Восточном Кавказе, где альтернативные юрисдикции представлены более широко). Для закрепления Северного Кавказа в российском правовом поле необходимо продемонстрировать, что российский закон позволяет разрешить те конфликты, которые в рамках этих неформальныз практик не решаются. Это, в частности, ряд конфликтов, связанных с землей и муниципальными границами. В докладе предложены подходы к разрешению таких конфликтов через установленные российским законодательством процедуры.

Авторы доклада показывают, что обе крайние позиции относительно перспектив исламского права (шариата) на Северном Кавказе - и требования безусловного запрета любого неформального использования шариата для урегулирования конфликтов, и предложения по его полной легализации - не учитывают сегодняшней специфики северокавказских регионов. В условиях внутриисламского конфликта любая, даже ограниченная легализация шариатского правосудия может привести к обострению ситуации, особенно если одна из сторон, опираясь на поддержку государства, попытается монополизировать эту сферу. Кроме того, в мировой практике есть прецеденты, когда в условиях ограниченной легализации шариата радикальные силы начинали борьбу за его полное внедрение, включая уголовные наказания, и это приводило к вооруженным конфликтам и гражданским войнам. Поэтому в сложившихся условиях представляется более предпочтительным промежуточный вариант, сохраняющий возможность обращения к шариатскому правосудию как неформальному механизму разрешения конфликтов, по обоюдному согласию сторон конфликта в рамках досудебной медиации, но не как к официально признаваемой государством юрисдикции. При этом государство должно безусловно пресекать попытки принуждения к выполнению шариатских решений неправовыми, насильственными методами.

Использование материалов сайта разрешено только при наличии активной ссылки на источник.
Все права на картинки и тексты принадлежат их авторам.