02.03.2015

4 февраля 2015 года в рамках обсуждения проекта «Стратегии развития воспитания в Российской Федерации на период до 2025 года» экспертом Комитета гражданских инициатив (КГИ), кандидатом педагогических наук, Лауреатом Премии Президента Российской Федерации в области образования Анатолием Ермолиным была представлена концепция программы по модернизации детского движения Забайкальского края. После отъезда эксперта из Читы ряд забайкальских интернет СМИ выступил с резкой критикой предложенной программы. О том, чем предложенная концепция не угодила её критикам, разбиралась корреспондент информационного агентства «Чита.Ру» Ирина Халецкая.

И. Халецкая: Анатолий Александрович! Страшный Вы прям-таки человек в глазах тех, кто рассказывает про Вашу программу в интернете. В глазах у забайкальцев ужас: «касты», «брак», какая-то система «человеческого капитала»!

А. Ермолин: Ирина, прежде всего, спасибо за направленные вопросы, за попытку вникнуть в «первоисточник» и за поддержку дискуссии, которая оказалась намного горячее, чем я ожидал (смеётся). Сразу хочу уточнить исходные позиции. Во-первых, предложенный мной проект направлен на модернизацию системы управления в специфической  профессиональной сфере, которая на официальном педагогическом  языке называется «воспитание, социализация и развитие личности обучающихся». То есть он про то, как управлять, а не про то, как воспитывать, что, безусловно должны решать только родители и педагоги образовательных учреждений края. 

И. Халецкая: Многих пугает понятие «человеческий капитал». Пугает отсутствием какой-либо духовной и нравственной составляющей.

А. Ермолин: Если Вы откроете Википедию, то самое короткое объяснение этого термина звучит так:  «человеческий капитал — это интеллект, здоровье, знания, качественный производительный труд и качество жизни». От себя добавлю – и ценности! Как справедливо считал Бенедикт Спиноза, любая добродетель – это источник душевной силы. Но моё понимание ценностей к сути программы имеет лишь косвенное отношение: дело в том, что мы предлагаем забайкальцам самим разработать приемлемый для них «воспитательный идеал». Программа предлагает лишь инструмент – особым образом структурированную дискуссию в интернете, принять участие в которой смогут любые заинтересованные в этом родители, педагоги, эксперты и члены научного сообщества Забайкалья. Я уже боюсь произносить в Чите иностранные термины, но такой инструмент называется «краудсорсинг» или «открытое правительство», которое на самом деле никакое не правительство, а экспертная сеть, занятая разработкой тех или иных актуальных для общества тем. Я, к примеру, состою в таком «открытом правительстве» при Правительстве России.

И. Халецкая: Ваши оппоненты пишут, что программа уже чуть ли не принята и буквально навязывается правительством края педагогическому и родительскому сообществам. Так ли это?

А. Ермолин: Статус предложенной нами программы – проектная инициатива, вынесенная министерством образования для обсуждения педагогической общественностью. Я подчёркиваю это потому, что в критических публикациях, которые Вы упоминаете, присутствует некий «флёр» конспирологии, мол за спиной родителей региональные власти «под сурдинку» проталкивают вредный для края проект. Странно при этом, что авторы публикаций – зачастую анонимные – не говорят ни слова о том, что все полученные о проекте сведения они получили не путём проведения трудного журналистского расследования, а на открытой публичной презентации, где любой желающий мог задать нам любой вопрос и высказать любое критические замечания. Чем, кстати, многие и воспользовались.

И. Халецкая: Давайте теперь подробнее поговорим по сути тех «ужасов» и «страхов», о которых пишут Ваши оппоненты.

А. Ермолин: Для себя я уже разделил эти «ужасы» и «страхи» на объективные и, как бы это помягче сказать, надуманные. К объективным я отношу болезненное восприятие педагогическим сообществом старшего поколения таких профессиональных терминов, как уже упомянутый Вами «человеческий капитал», «производители воспитательных услуг», «рынок воспитательных услуг» и тому подобное. Как-то в Казани на презентации подобного проекта одна заслуженная дама произнесла буквально следующие слова: «Я с замиранием сердца слушала вас, пока вы не произнесли термин воспитательные услуги!» Понимаю: будучи по первой профессии офицером, прошедшим Афганистан и почти все горячие точки позднего СССР и современной России, я тонко чувствую разницу между «Служить!» и «оказывать услугу». Только проблема в том, что организовать профессиональный менеджмент в сфере служения и духовных ценностей невозможно, а вот в сфере предоставления качественных образовательных услуг – очень даже необходимо. Надо просто отделить «красное» от «деревянного».

И. Халецкая: От разных людей я слышала, что предложенная Вами система очень напоминает фабрику по производству рабочего класса, креативных людей и тому подобное. 

А. Ермолин: Образ «фабрики по производству человеческого капитала» - мой, авторский. Впрочем, это уже гордыня (снова смеётся) – задолго до меня Антон Семёнович Макаренко говорил про «производство и проектирование личности». На самом деле, спор психологов и педагогов на эту тему является извечным: многие коллеги категорически не приемлют даже такие понятия, как «программа развития личности», «эталонный портрет», или тот же «национальный воспитательный идеал». Что не мешает всем странам мира иметь и эталонные портреты, и программы развития личности, и социальные профили обучающихся, придуманные и разработанные более 100 лет назад известным российским педагогом Всеволодом Кащенко, братом ещё более известного профессора медицины, основавшего известное всем лечебное заведение. Не хочу расстраивать моих критиков, но, если они прочитают федеральный закон «Об образовании», то найдут там такие понятия, как «стандарты образования», включающие в том числе и стандарты воспитания обучающихся по разным уровням образования.

И. Халецкая: А принудительное деление детей на «касты», «селекция» и «отбраковывание» ненужных обществу людей?

А. Ермолин: Эта реакция на моё выступление, пожалуй, самая странная. Никогда бы не подумал, что термины «промышленный пролетариат», «интеллектуальные работники», «работники сельского хозяйства» и «обслуживающий класс», за каждым из которых стоит выверенная столетиями профессиональная лексика, могут вызвать ассоциации с кастами, евгеникой (лженаукой по выращиванию идеального человека) и даже фашизмом. За такие буйные фантазии обычно полагается приличный гешефт. Ну, да Бог им судья. Кстати, «интеллектуальные работники», как пытаются преподнести мои оппоненты, это вовсе не начальники над «кастами» второго сорта, а наиболее востребованные профессионалы новой экономики, работающие над решение сложных интеллектуальных задач: инженеры, учёные, изобретатели, предприниматели, учителя, врачи, работники культуры и сферы развлечений – интеллигенция, одним словом. Если инициаторы и авторы «разгромных» статей подскажут, в какую ещё профессиональную группу может попасть современный молодой человек после окончания школы, колледжа или вуза, я буду им премного благодарен. Но о том, что государство или кто-либо ещё должен механистически решать, кто из детей в какую профессиональную область должен быть распределён – об этом я не говорил и не писал ни слова. Напротив, речь идёт о том, что государство ОБЯЗАНО помочь ребёнку правильно и максимально точно определиться с выбором своего профессионального пути, предлагая всем ученикам школ эффективные сервисы профессионального тестирования и профессиональной ориентации. Что ещё осталось из предъявленных нам обвинений? «Брак»? А как ещё назвать работу тех забайкальских воспитателей, которые обеспечили краю первое место в общероссийском рейтинге детских суицидов? А высочайший уровень криминализации детской среды в некоторых районах Забайкальского края – это не брак?

И. Халецкая: Раз Вы предлагаете некую систему мер, значит должна быть проблема, на решение которой они направлены. Что это за проблема?

А. Ермолин: Тут Вы попали в самую точку! Главную проблему современных воспитательных систем России в целом и Забайкальского края в частности я бы сформулировал так: данные системы, при всей своей яркой индивидуальности, не осознают себя в качестве важнейшего инструмента создания для региона эффективного человеческого потенциала (дальнего кадрового резерва края), не хотят и не понимают, как это делать, а правительство края не видит в них эффективных исполнителей данных работ. Мы здесь ровно для того, чтобы организовать «встречу» тех и других, обеспечить синергию от объединения усилий и поделиться опытом такой работы в самых разных промышленных регионах России.

И. Халецкая: Как Вы собираетесь делать это?

А. Ермолин: Собственно для разъяснения этого мы и прилетали в Читу. Думаю, на этот раз я воспользуюсь преимуществами электронного СМИ и просто дам ссылку на описание концепции программы, которая, повторюсь, является не более чем проектной инициативой: http://mastermolin.livejournal.com/3908.html

Использование материалов сайта разрешено только при наличии активной ссылки на источник.
Все права на картинки и тексты принадлежат их авторам.